«Они пустились в пляс»: кураист из Стерлитамака стал лауреатом II степени на Международном фестивале-конкурсе

836
Фото (здесь и ниже) СГТКО

Кураист из Стерлитамака Динар Абдуллин, солист-инструменталист филармонии СГТКО принял участие в Международном фестивале-конкурсе этнической музыки «Золотая зурна» и стал обладателем диплома лауреата II степени в номинации «Инструментальное соло». Сам фестиваль прошел в Ингушетии.

Также среди участников присутствовали исполнители этно-музыки из Северного Кавказа, Калмыкии, Саха (Якутии), Хакасии, Кабардино-Балкарии, Крыма, Дагестана, Адыгеи, Чечни, Ставрополя и Башкирии. Нашу республику представил с двумя композициями кураист из Стерлитамака.

Корреспонденту портала Cityopen.ru Динар Абдуллин рассказал об интересных случаях, произошедших в Ингушетии, а также о впечатлениях от курая у других этно-коллективов.

— Динар, как вы попали на этот конкурс?

— По рекомендации нашего художественного руководителя Лиры Анваровны Файзуллиной, я попал на этот конкурс. И благородя нашему директору СГТКО — Харису Забиховичу Абдрахимову.

— Вы исполнили несколько музыкальных композиций. О чем они?

— Для отборочного тура я отправил видеовыступление. Я играл две разнохарактерные народные мелодии «Кәмәлек» и «Аллаяр батыр», и меня выбрали на гала-концерт и пригласили в Ингушетию. Мы со всеми участниками этого фестиваля с 12-16 октября давали концерты для народа Ингушетии и заодно познакомились с культурами и традициями народов.

— А еще вы провели мастер-класс по изготовлению курая, верно?

— После каждого концерта я показывал мастер-классы по изготовление курая из тростника, который привез с собой. Зрители с большим удивлением, с открытым ртом, смотрели, слушали. Могли долго слушать наши башкирские народные мелодии. Я им даже сыграл их мелодии – Лезгинку. А когда они ее услышали, то не смогли устоять на месте и пустились в пляс. Это было круто.

Еще был один интересный случай. У них есть башня высотой примерно 150 метров. Я туда поднялся. Оказывается, в этот день был выходной для учеников, и многие дети были на экскурсии. И вот они увидели футляр, начали спрашивать, что за инструмент. Я рассказал, показал. И только хотел спуститься обратно, чтобы репетировать на сцене, так как в этот день у нас был гала-концерт, а там уже другая группа детей меня ждала. Им пришлось еще раз повторить. Думал, все, сейчас спущусь. Третья группа поднимается. Им тоже повторил игру. Оказалось, классные руководители друг другу передали, что там наверху идет концерт, какой-то башкир развлекает детей. В итоге я опоздал на репетицию, но было здорово.

А там наверху еще пол стеклянный, а я боюсь высоты. Когда начал играть после башкирских мелодий, их лезгинку, дети стали пританцовывать на стеклянном полу, я еле выдержал этот момент.

— Вообще, курай – это инструмент, требующий тонкой работы. Что, по-вашему, является основой хорошего курая, который точно передаст настроение мелодии?

— Зависит и от курая, и много – от души человека, который передает эти истории через мелодии. Получается, что все взаимосвязано.

— Кого из своих соперников по конкурсу вы можете отметить? Кто-то, может быть, поразил вас?

— Все номера были оригинальные. Но мне очень понравилось чеченские композиции, которые играют на своем струнном национальном инструменте. И, естественно, местные ребята из Ингушетии, которые показали нереальную инструментально-танцевальную композицию.

— Немного философский вопрос. Почему человеку порой так нужна музыка? И не так важно даже, какая именно.

— Музыка нужна для души. Музыка нужна для объединения народа. Музыка нужна для жизни. Я не представляю себя без курая, без своих народных мелодий.