Почему жители Стерлитамака не тратятся на благотворительность

61859

Я помню в детстве мама учила меня, что любой гостинец нужно предложить всем, кто находится в комнате. Угостить из вежливости, поделиться. Почему вырастая, мы забываем об этом и не желаем поделиться частью своего успеха, денег, достатка, того изобилия, что окружает нас?
Готовя этот материал, я собирала информацию у очень разных людей. Объединяет их то, что все они обращались за помощью к горожанам. Это люди с неизлечимыми заболеваниями, мамы детей со страшными диагнозами, это защитники брошенных животных, это участники инициативных групп, которые хотят сделать Стерлитамак лучше. Они молили о помощи. Кто-то ее получал, кто-то – нет, есть те, что продолжают бороться. Они не сдаются, хотя достучаться до людей им порой невероятно трудно. И я хочу разобраться, почему.

«Кто бы мне помог»…

Это один из самых популярных ответов на вопрос «Сколько денег вы тратите на благотворительность в месяц». Мы задавали его в октябре 2017-го в нашем паблике ВК. Из 854 человек так ответило 26 процентов. Приплюсуем сюда 45 процентов тех, кто кликнул по нулю. Подумать только – 70 процентов респондентов не жертвуют ни копейки. Остальные 30% находят желание и возможность помогать разными суммами до 5000 рублей или другими способами.

«Никто еще не обеднел от раздачи милостыни»

Это цитата из блога имама Нижегородской Соборной мечети Мунира-хазрата Беюсова. Простая и мудрая фраза, видимо, сегодня не пользуется популярностью. Согласно ответам нашего опроса получается, что главная причина, почему люди неохотно тратят на благотворительность – отсутствие финансовой возможности. Но бизнес-тренеры и психологи говорят, что это «отмазка».

Лариса Конева – человек, который был по обе стороны баррикад, и в качестве дающего, и в качестве просящего: «Почему люди так неохотно отдают деньги на благотворительность? Не хотят. Вот и всё. Этим одним простым ответом можно было бы и ограничить мой комментарий в этом вопросе. Я вообще считаю, что, если человек чего-то не делает, – он не хочет. Иногда даже неосознанно, ни разу не спрашивая себя, почему, собственно, нет. Первое место среди причин отказа, безусловно, занимает вранье – в наше время его столько, что очень трудно понять, действительно ли ты помогаешь человеку или просто складываешь свои кровные в карман предприимчивому дяде. Давайте посмотрим на некоторые «отговорки» (хотя, на самом деле, это правда! Это не отговорки – человек действительно так считает).
• «Мне бы кто помог!» — это о том, что человек в принципе не «отдающий», его позиция – брать. И благотворительность – это всего лишь одна сфера в его жизни, где такая позиция реализуется. В 80% случаев такой человек и в отношениях только берет, и в любви, и в сотрудничестве. Стратегии тотальны – они распространяются на всю нашу жизнь.
• «Когда у меня будет много денег, тогда и буду делиться» – не будет. Потому что это стратегия откладывания, которая тоже свойственна человеку и в остальных сферах жизни. «Вот вылечусь и начну спортом заниматься», «Вот выйду замуж и буду счастлива», «Когда у меня появится свободное время, тогда и буду с ребенком заниматься» и т.п. Такому человеку свойственно откладывать своё действие на потом, ждать лучших обстоятельств. И чем раньше человек осознаёт, что лучших обстоятельств не существует, тем быстрее начинает жить полной жизнью.
• Еще часто люди считают, что их вклад ничего не изменит, что их вклад – капля в море. В принципе, они могут дать, но считают, что этого мало. Это чистой воды обесценивание себя, своих способностей и ресурсов. И это тоже тотально – так во всех сферах жизни. Кстати, на деле люди этой категории самые ресурсные.
Так уж сложилось, что сама я предпочитаю вкладываться в благотворительность, которая развивает. Что это может быть? Например, я несколько последних лет жизни в Стерлитамаке (сейчас живу в Уфе) каждый месяц помогала одному из наших детско-юношеских клубов, который совершенно бесплатно проводил занятия для детей (кружки, секции), а в дни школьных каникул и вовсе открывал двери для детей на весь день, чтобы дети были заняты и под присмотром (это профильные смены). Вспоминаю профильные смены своего детства – замечательное время. Лучшие люди моего сегодняшнего круга – родом оттуда. Но тогда я не задумывалась о том, кто обеспечивает нас канцтоварами, мылом и туалетной бумагой, салфетками и самым вкусным печеньем к чаю. Теперь знаю: такие, как я, желающие поддержать это направление, чтобы и эти дети когда-нибудь стали лучшими людьми в чьем-то окружении.
Или еще один проект. Обязательным условием завершения лидерской программы, которую я в свое время проходила, была реализация социального проекта. И я рада, что мы выбрали построить площадку для воркаута. Тут я оказалась с другой стороны – со стороны просящего, т.к. условия были таковы, что нужно подключить как можно больше людей к реализации проекта и осуществить его буквально всем миром. Было нелегко? Нелегко. Люди не верили, люди не хотели, некоторым было плевать. Но стоило пройти этот путь, чтобы видеть радость и благодарность мальчишек, которые крутились на наших турниках на улице и были счастливы, что появилась площадка, где они могут заниматься бесплатно и в любое время. И я до сих пор благодарна всем тем людям, кто откликнулся и помог».

Только детям и животным

Второй опрос, который мы провели на портале, более предметный. Мы пытались выяснить, на что надо «надавить», чтобы потекла скупая слеза, а руки потянулись к кошельку. Перевести «сотку» люди готовы, в основном, только если ребенку требуется дорогостоящее лечение (43 процента) или беззащитным животным нечего есть (15 процентов).

– Действительно, беззащитные – дети, животные – вызывают больше жалости, нежели взрослые люди, – соглашается психолог Анвар Назыров.Несколько лет назад я работал в официально зарегистрированном благотворительном фонде, который оказывал адресную помощь. Чаще и охотнее жители Стерлитамака помогали детям со сложными заболеваниями. Ученые из Бостона Джек Левин Левин и его коллега Арнольд Арлук в 2013 году доказали, что в формировании психологической реакции определяющую роль играет не вид страдающей жертвы, а ее возраст. Такой вывод был сделан после анализа результатов соцопроса, в котором приняли участие 240 студентов университетов Бостона – женщин и мужчин от 18 до 25 лет. При этом животные воспринимаются людьми как дети, не способные позаботиться о себе сами.

Анвар Назыров отмечает, что работа в БФ – далеко не сахар. Например, в части сбора средств в соответствии с законодательством. Изъять деньги из ящиков для пожертвований – это целая процедура с описью, участием независимых людей, опечатыванием. А еще перевод средств, контроль за расходованием, прозрачная бухгалтерия и так далее.

По результатам того же второго опроса вновь подавляющее большинство – 35 процентов респондентов – не хотят или хотят, но не потратят деньги ни в коем случае. Почему?

Гузель Мухаметшина, волонтер, в разное время участвовала в нескольких благотворительных проектах. Она называет несколько причин.

– Лень, боязнь показаться сентиментальным, жадность. Детям помогают охотнее, чем животным. Перечисления разные, бывает по 10 000 переводят, бывает 100 рублей. Люди из других городов помогают охотнее, чем стерлитамаковцы.

 

 

Соглашается с ней и Тимур Кунаккузин, директор благотворительного фонда «Мать и дитя». По его словам, основная часть перечислений в фонд идет откуда угодно, но только не из Стерлитамака.

В основном сборы удается закрывать за счет поступлений из Москвы и Санкт-Петербурга, – рассказывает он. – И дело не только в том, что там люди больше зарабатывают. Они и тратят больше. Еще менталитет жителей больших городов другой, сознание у них шире, что ли. В большинстве своем они считают необходимым помочь, поддержать. Очень надеюсь, что количество таких людей будет с годами только расти. В благотворительности важна не сумма, а сам акт пожертвования. Ведь и 50-100 рублей, если их отошлет 1000 человек, сделают свое дело.

Тимур Кунаккузин – один из тех, кто помогает Гульназ Зайнуллиной. Она страдает лимфостазом («слоновья нога») много лет. Рассказывает, когда сосудистый хирург предложил протез, она сразу отказалась.

– Он сказал мне: «Ты умрешь с такой ногой». Я долго рыдала, а потом поставила себе цель, что я буду лечиться и я смогу.

Гульназ помощь требуется постоянно, на специальный трикотаж, поддерживающие курсы в других городах и перелеты в месяц может уйти до 300 000 рублей. Охотнее всего, по словам девушки, ей помогают люди, работающие в госучреждениях. И это несмотря на их небольшую зарплату.

Бывает, переводят 5-10 руб. и пишут: «хоть копейки, но с миру по нитке», – говорит Гульназ.От жителей Стерлитамака приходит, в среднем, по 50-100 руб., так как они, наверное, сами выживают. Самая постоянная финансовая поддержка – от тех, кто сам болеет. Вот с Татьяной в одной палате в Германии после операции лежали, она по 5-10 евро перечисляет. Самое крупное поступление было в 2014 году. Один парень оплатил за трикотаж остаток суммы, это 72 тыс.руб. и смс написал: «Выздоравливай Гульназик, а моя помощь – это для «галочки» в жизни». Его зовут Алексей, ему 31 год, он инженер из Тюмени. Эх, пусть таких галочек у всех будет в жизни больше!))

Сейчас Гульназ собирает средства для, дай Бог, последнего поддерживающего курса. Если успеет вовремя – болезнь отступит. Девушка надеется, что все получится. Уж очень хочется ей верить в неравнодушие.

Аквагрим по 100, магнитик за 50

Группа инициативных ребят из Стерлитамака и Ишимбая подошли к вопросу благотворительного сбора на свой проект приюта для бездомных животных с другой стороны – организовали событие. Праздник двора микрорайона Западный прошел в конце сентября 2017 года на спортивной площадке на ул. Строителей, 26.

На акции ребята реализовывали товары и услуги: аквагрим по 100, магнитик за 50, гелиевый шарик за 80. По сути благотворительность здесь от людей, которые бесплатно предоставили «товар» и свое время. Удалось собрать около 6000 рублей.

Подготовка уйму времени заняла. Нас поддержали ведущий, художники, оформители, аппаратуру удалось найти,рассказывают организаторы.Сумма маленькая, конечно, но мы впервые праздник устроили. Постараемся новые формы найти, партнеров побольше привлечь. Сейчас документы на участие в грантовых конкурсах собираем, очень надеемся на успех.

Кругом мошенники?

Согласно 2ГИС, сейчас в Стерлитамаке всего 6 официально зарегистрированных фондов, но мы видим, что в городе работают и другие. Так, например, республиканский «Мархамат» (их ящики на заправках «Башнефти»), фонд «Мир» (ящики в продуктовых магазинах). Очень много безымянных инициативных групп и волонтеров, которые помогают конкретному ребенку, семье или собирают деньги на благотворительные проекты. И тут возникает следующая причина, почему стерлитамаковцы не спешат расставаться с «кровными».

Елена Самойлова – руководитель первого в Стерлитамаке благотворительного фонда помощи животным «Четыре лапы». Она считает, что отношение людей к благотворительности портят сами зоозащитники.

– Бесконечные нападки друг на друга приводят к тому, что люди, видя это, читая в соцсетях, уже не верят в благородство, – говорит Елена. – Дошло до того, что одна из групп в городе расклеила листовки по городу, в которых написано, что я нигде не работаю, зарабатываю на животных по 500 тысяч в месяц мошенническим способом. Это абсолютная неправда, я работаю мерчендайзером. Я давно перестала на это обращать внимание, у меня все хорошо, я занимаюсь любимым делом, может поэтому меня так ненавидят и пытаются выжать из благотворительности. Потом листовки появились в социальных сетях. Эта же группа лиц писала заявление на руководство «Багиры» в налоговую, что фонд не оформлен официально и собирает деньги. Хотя, по сути, какая разница, оформлена та или нет, главное ведь помогает! Про «Зоопланету» говорили, что Надя сдает собак на бои – ну чушь же. Конечно, кто знает меня несколько лет, кто следит за группой и покалеченными животными, которых я веду от и до, они верят, помогают и не обращают внимания на такие способы убрать мою группу и меня. Нет бы развиваться, как «Зоозащита», например, а не топить себя, ведь страдают от этого только животные. Конкуренция одним словом, они играют в войну за право быть самыми помогающими, они не терпят, когда хвалят других. В этом их ошибка. Как людям верить после этого фондам?

Доверяй, но проверяй

Помимо личных связей и наведения справок «по знакомым» есть еще один способ проверить благотворительную организацию. Как нам рассказали в БФ «Мать и дитя», проверить фонд «на подлинность» можно на сайте интернет-портала «Действуем вместе». Это универсальная информационная площадка для социально ориентированных некоммерческих организаций Республики Башкортостан (http://home.sonko-rb.ru). Сейчас в разделе «База НКО» около сотни организаций, действующих в республике. К сожалению, подобной общей базы по России пока нет.

«Я памятник себе воздвиг»

Благотворительность бывает разная. Кто-то оказывает бесплатные юридические услуги, кто-то по детским домам с театральным представлением катается, кто-то делает репосты по соцсетям (тоже чем не помощь – время человек тратит, невосполнимый ресурс). А кто-то памятники ставит. Но, возвращаясь к результатам нашего опроса, из почти 500 респондентов только пять человек готовы вложиться в благоустройство города и установку архитектурной скульптуры. Однако, активисты Стерлитамака говорят, что на деле желающих гораздо больше.

Татьяна Трынкина, руководитель инициативной группы по установке памятника Владимиру Высоцкому, собирает средства с 2013 года. Сейчас процесс приостановился, но скоро запустится с новой силой, обещает девушка.

– Идею установки памятника мы озвучили в администрации Стерлитамака четыре года назад, подготовили эскизы с привязкой к месту, даже презентовали их СМИ. Администрация открыла счет, на который предложили перечислять целевые сборы с пометкой «на памятник». Потом сменился мэр. Новый глава администрации сказал, что рассчитывать на город в этом вопросе не стоит. И сбор приостановился, но не только поэтому, а еще потому, что многие горожане, не доверяя муниципалитету, отказывались перечислять деньги на счет администрации (это нам говорили сами люди). Сейчас мы открыли Яндекс.Кошелек и счет в Сбербанке. Скульптор Пименов работает над новым эскизом (прошлый не подходит к месту расположения), затем определится стоимость изготовления, и мы продолжим сбор денег. Я думаю, на это уйдет около трех лет. Большинство жертвующих на памятник – это обычные горожане от 25-27 лет до 45 лет. Они либо жили в эпоху Высоцкого, либо их родители увлекались творчеством поэта. Горожане в возрасте до 25 помогают неохотно, чаще всего они не понимают, кто это и зачем нужен памятник. Предпринимателей среди благотворителей мало.

А вот у скульптора в стиле стим-панк Александра Замесина ситуация обратная. Несколько его работ были поддержаны как раз предпринимателями. Так, осенью прошлого года в Стерлитамаке установили прототип робота Валли. Создание и установка нового архитектурного объекта стала возможной благодаря спонсорской помощи нашего земляка Павла Глухова. Павел бизнесмен, сейчас он живет и работает в Москве. Подарок родному городу он сделал, не задумываясь.

Замесин показал мне эскизы будущей работы, и я решил помочь, – говорит П. Глухов.Мне кажется это хорошей практикой, когда благодаря краундфандинг-проектам люди вместе преображают свои территории.

По словам Замесина, он планирует и впредь привлекать горожан к формированию современной городской среды. Например, сейчас прорабатывается идея комплекса скульптур «12 стульев» с именными элементами на экспозиции.

Пусть лучше я, чем мне

Считается, что настоящий журналист не имеет права делать выводы, а должен сухо излагать факты и мнения экспертов. В этом материале я не буду настоящим журналистом, я буду только человеком, который любит делиться. И пусть продолжает складываться так, что помощь больным, бедным и брошенным оказываю я, а не мне.
Многие верят, что наша жизнь – череда полос, белых и черных. Я вижу ее шахматным полем, где за ходом одного игрока обязательно следует ход другого. Перечисляя очередную сумму на благотворительность, я верю, что самостоятельно «хожу за черные», а дальше вновь настанет время моих, белых шашек.

Екатерина Кириллова